– Если бестелесное существо угодило в какую-нибудь ловушку, об этом ни одна живая душа не узнает. Даже боги.

– Простите, наставник. – Титус покраснел, сконфуженный своей ошибкой.

– Вот так-то… – повторил Магистр. – В Департаменте Жертвоприношений все очень нервные стали, чуть что – срываются. Проморгали. До сих пор от Нэрренират никто не прятался, со своими избранниками она обращается хорошо. А тут на носу жертвоприношение Мегэсу, надо вовремя отследить, кого он выберет. Мегэс – это морозильные установки! Если еще и он прогневается, вся экономика пойдет вразнос.

Против воли Титус поежился. Жертвоприношения Мегэсу – это нечто такое, о чем даже вспоминать лишний раз не хотелось. В храмах Мегэса холодно, как в отдаленных северных краях, и стоят там нерукотворные ледяные колонны с вмороженными в их прозрачную толщу трупами. Прежние жертвы. Скоро в одном из храмов появится новая колонна с кошмарной начинкой. «Всеблагой Создатель, осени меня своей милостью! Пусть это буду не я…» Титус понимал, что молиться бесполезно, Создатель давным-давно ушел творить другие миры… Сделав над собой усилие, он отогнал парализующий страх.

– Если бы боги Панадара не были такой отпетой сволочью… – с горечью прошептал опершийся о стол Магистр. – Мы бы тогда жили в прекрасном светлом мире! Но мы живем в Панадаре. Департамент Жертвоприношений сейчас разрывается между тем делом и этим, вот нас и подключили, по личному распоряжению председателя Палаты. Если ты вдруг что-то узнаешь о судьбе избранника Нэрренират, немедленно приходи ко мне с докладом. Но это так, на всякий случай. Если. У тебя другие задачи.

Выдвинув из-за своего рабочего стола старинное деревянное кресло, столь же неудобное, как и стул, на котором сидел Титус, Магистр устроился напротив.

– Профессор Ламсеарий, ректор университета, скоро уйдет на пенсию. Многие хотят занять его место, и поэтому началась охота за его информационной шкатулкой.