Пим, привлечённый его движением, скосил глаза на цветы на полу.

– Леди, которую Вы встретили на Комарре, кажется, произвела на Вас сильное впечатление, милорд… – Он замолчал, приглашая продолжить этот разговор.

– Да, – Майлз разговор обрезал.

– Миледи Ваша мать связывала некоторые надежды с той очень привлекательной мисс капитан Куинн, вместе с которой Вы несколько раз приезжали домой. – Действительно ли в голосе Пима послышалась тоскливая нотка?

– Теперь мисс адмирал Куинн, – поправил Майлз со вздохом. – И я тоже надеялся. Но она сделала свой выбор правильно. – Он состроил гримасу своему отражению в стекле. – Я поклялся себе не влюбляться в галактических женщин и не уговаривать их иммигрировать на Барраяр. Я пришёл к выводу, что моя единственная надежда в том, чтобы найти женщину, уже способную выдержать Барраяр, и убедить её, что я ей нравлюсь.

– И госпоже Форсуассон по нраву Барраяр?

– Примерно так же, как и мне. – Он мрачно улыбнулся.

– И, э-э… как насчёт второго пункта?

– Увидим, Пим. – Или нет, как уж выпадет случай. По крайней мере зрелище человека тридцати с лишним лет, впервые в жизни отправляющегося к даме с серьёзным ухаживанием – ну, вообще-то в первый раз по-барраярски, – обещало предоставить немало часов развлечения его любопытному персоналу.

Майлз выдохнул через нос, «спустив пар» охватившего его возбуждения, когда Пиму наконец-то удалось отыскать стоянку машин возле дома лорда Аудитора Фортица и виртуозно втиснуть блестящий, бронированный, древний лимузин в совсем неподходящий для него узкий промежуток. Пим поднял дверцу, Майлз выбрался из машины и уставился на трёхэтажный, украшенный мозаикой фасад дома своего коллеги.