Гуджрал прочитал официальную бумагу и выпил водки. Бросив под нос извинения, он вышел в соседнюю комнату, где его поджидал двоюродный брат, ведавший производственным цехом по изготовлению опия. Он не вмешивался в трафик, однако нынешний прокол ударил его по рукам.

— Ты доверяешь этому англичанину? — спросил он.

— Да, — ответил Гуджрал.

— Как давно ты знаешь Стэнфорда?

— С 1993 по 1996 год он занимал должность офицера связи в шри-ланкийском центре британской контрразведки.

— Чем он занимался?

— Его работа заключалась в координации политических партий Шри-Ланки, — уверенно отвечал Гуджрал. В то время он уже включился в предвыборную борьбу и немного сочувствовал Стэнфорду, работа которого была отнюдь не простой: президент и премьер-министр страны представляли одну партию — Партию свободы, а это сто пять мест в парламенте, едва ли не абсолютное большинство. — Стэнфорда автоматически потянуло ко мне, потому что найти общий язык с маленькими партиями было легче, а значит, и работать легче. Никто-никто не хочет перегружать себя работой. К тому времени американцы обрубили мне наркоканалы, я стал ведать поставками каучука за рубеж. Однажды я спросил Стэнфорда: «Вуди, ты не хочешь помочь лично мне?»

— Он сразу согласился?

— Он взял паузу. Для британской разведки были важны даже личные моменты членов шри-ланкийских партий и преступных группировок. Когда он дал согласие выслушать меня, я подвел его к карте.

Гуджрал покосился на карту мира, занявшую полстены этой комнаты. К западу от бывшего Цейлона раскинулись — восемьсот двадцать километров с севера на юг и сто двадцать — с запада на восток — красивейшие в мире острова. Райское место, огромный рынок сбыта наркотиков, расчлененный на сотни островов, нацеленный на десятки тысяч туристов со всего света. Нет постоянного контингента, которого бы мучили ломки и сомнения. Отдохнул, покурив травку, и отправился на родину.