Гуджрал вернулся к собеседнику и занял прежнее место в кресле.

— Я предлагаю погасить убытки, — заявил он. — Ты и Хантер — это две доли...

— А ты, значит, одну — хорошая арифметика! — вспылил Стэнфорд.

— Мы посчитаем по-другому, когда ты вернешь товар. Мне не нужны наличные, переведи деньги на мой банковский счет.

— Черт, — Стэнфорд взъерошил волосы, — мне нужно подумать.

В размышлениях он провел ровно минуту.

— Ладно, договорились. Но затраты на поиски самолета мы разделим поровну.

— Я не представляю, как можно делить затраты.

Это все равно что членить дыры, но я согласен. Во что они выльются?

— Работа моих людей ценится высоко. Если этот чертов Конрад взял, на вооружение извещение авиастроителей...

— Ты думал об этом? — проявил проницательность Гуджрал.

— Конечно, — соврал Стэнфорд, не моргнув и глазом. Эта версия родилась только сейчас, по ходу его рассуждений. Что получается, быстро прикидывал он. Конрад получает официальное уведомление от «Хемфри» и за ним маскирует свои шаги. А более точно — широченный шаг: продажа опия даже по бросовым ценам обеспечит летчика на всю оставшуюся жизнь. Но в одиночку такое мероприятие ему не провернуть, у него есть сообщники. На Мальдивах? Хоть где. Он затаится в любом укромном уголке и выползет, когда шум вокруг мнимой авиакатастрофы уляжется.

«Хитрый, сукин сын!» — выругался Вуди.

«Слишком много товара», — дважды повторил он про себя последние слова Хантера. Хантер также потерял деньги, и немалые, но, боже, на какую сумму подсел сам Стэнфорд, его партнеры со Шри-Ланки и компаньоны с некогда находившейся под британским протекторатом островной республики!..

Стэнфорд представил себя на месте Кони, всунул в его голову свои мозги... и не нашел отличий. Количество корыстных слотов одинаковое, объем кэша второго уровня намеряется алчностью, память отравлена опием. Он сидит не в кресле пилота, а на мешках с наркотиками, упакованных в водонепроницаемую оболочку, и натурально раскидывает умом...