Мы собрались в Челси, в уютной квартирке Пам. Мы беседовали, сидя за столом, стоявшим в эркере, пили чай и смотрели, как бегут машины по Кингз-роуд на Слоун-сквер.

- А какие-нибудь родственники у Фостера есть? - спросил Клод.

- В Англии никого, - сказала Памела. - Его мать и брат сейчас уехали на остров Бали.

- А близкие друзья?

- Ну, разумеется, Мышка!

Мы молча уставились друг на друга. Нами одновременно овладело странное дурное предчувствие. Что-то явно шло не так, как надо...

- Нет, это просто смешно! - первым не выдержал я. - Мими - весьма разумная женщина и просто обожает Чарлза. Тут не о чем беспокоиться!

- Давайте все-таки позвоним еще раз, - предложил Клод.

Мы позвонили, и нам сообщили, что телефон Мими Ройс некоторое время назад вышел из строя. Мы тут же решили ехать в "Хижину сипая".

Клод вызвался отвезти нас туда на своем стареньком "Моргане". Мими вышла нам навстречу. Она выглядела страшно усталой, однако взгляд у нее был неестественно безмятежным.

- Я так рада, что вы приехали, - сказала она, ведя нас в дом. - Вы просто не представляете, как было страшно в последние дни! Чарлз чуть не утратил рассудок.

- Но почему же вы нам ничего не сказали? - спросил я.

- Чарлз категорически запретил мне. Он объяснял это - и я ему верила необходимостью пройти через тяжкое испытание только вдвоем со мной. Он полагал, что разум его скорее подвергнется опасности, если на данном этапе к работе подключится кто-то еще.

Клод как-то странно хрюкнул и спросил:

- Так, ну и что же случилось потом?

- Сперва все шло очень хорошо, - сказала Мими. - Чарлз все больше и больше времени проводил у своей машины, ему это начинало нравиться, а вскоре его лишь с трудом можно было отвлечь от упражнений с Автоматической Мандалой, разве что поесть, и то он все время на меня ворчал.