- Спасибо, дорогой, - сказала она, принимая мартини и усаживаясь на диван, положив сумочку на колени. - А ты чем занимался вчера вечером?

- Сидел у себя в кабинете и делал пломбы. Да еще оформлял кое-какие счета.

- Но в конце концов, Сирил, тебе давным-давно пора оставить эту тупую работу кому-нибудь другому. Для человека с твоим умом и положением это просто несолидно. Почему ты не поручишь пломбы технику?

- Я предпочитаю делать их сам. Пломбы - что моя гордость.

- Я знаю, дорогой, что они coвершенно замечательны. Это самые лучшие пломбы в мире. Но мне не нравится, что ты себя перегружаешь. И вообще, почему эта твоя мисс Палтни не занимается счетами? Ведь это ее обязанность, не так ли?

- Она ими занимается. Но Сначала я сам должен определить расценки. Она не в курсе платежеспособности моих пациентов.

- Отличный мартини, - сказала миссис Биксби, отставляя стакан на десертный столик. - Просто отличный.

Она открыла свою сумочку и вынула носовой платок, как будто для того, чтобы высморкаться.

- Ах да! - воскликнула она, увидев билет. - Совсем забыла тебе показать! Я нашла это на сиденье в такси. Здесь какой-то номер, и я подумала, может, это лотерейный билет или что-нибудь такое, ну и взяла.

Она протянула мужу жесткий коричневый листочек; он осторожно взял его и подверг минутному осмотру со всех углов, как осматривал бы сомнительный зуб.

- Ты знаешь, что это такое? - сказал он, растягивая слова.

- Нет, дорогой, не знаю.

- Это залоговый билет.

- Что?

- Билет из ломбарда. Вот здесь название и адрес: где-то на Шестой авеню.

- Ах, милый, ты меня разочаровал! Я было понадеялась, что это билет на ирландскую распродажу.