— Акорна, дорогая, разве я не сдвинул с места небеса и планеты, чтобы помочь твоему народу? Ради них я готов пожертвовать всем своим состоянием, разорить свой дом… Но как, как я могу восстановить те участки природы Вилиньяра, которые никто не может даже описать?! Не говоря уж о том, чтобы предоставить мне их изображения или экземпляры местных форм жизни… У меня работают лучшие во всей вселенной инженеры по терраформированию, однако без подробных карт и плана местности, без образцов флоры и фауны едва ли стоит ожидать, что они оживят Вилиньяр с точностью, на которой настаивает твой замечательнейший ученый!

Акорна медленно кивнула и перевела речь Хафиза на линьярский.

(Агрони), — сказала она после небольшой паузы, — (я знаю, что большинство видео- и письменных записей вилиньярского ландшафта уничтожены во время сражения с кхлеви. Но, может быть, с вашей помощью и при участии ваших коллег-ученых я смогу определить изначальное расположение самых значимых участков. Восстановив их на прежнем месте, мы соберем остальную информацию о менее изученных территориях. Не доскональную, конечно, однако пригодную для начала работы. А уж потом можно подумать и о биологии).

(И как же ты намерена определить их местоположение, юная леди?) — поинтересовался агрони.

(У меня свои методы), — улыбнулась Акорна. — (Мы обещали Прародительнице Надине, что ее дом снова станет прежним и что ее народ будет процветать. Она умерла, и в память о ней мы обязаны выполнить обещание).

Агрони почтительно склонил голову.

(Ты думаешь, я забыл? Но имей в виду, Кхорнья, восстанавливать Вилиньяр нужно как следует…)

В этот момент Карина вдруг пошатнулась и закатила глаза.

— Исследование ландшафта, — проскрежетала она механическим голосом, который разительно отличался от свойственной ей театральной манеры изъясняться, — способ связи с другим миром.