Мы большие люди, малыш. Что мне носить, смокинг или генеральский мундир?

Вышел Вантаджио.

– Эй, Вантаджио, – полез к нему Бац-Бац, – честное слово, тебе следует посмотреть конторы этого малыша!

– Какие еще конторы?

– Да целая (...) половина этажа в Эмпайр Стейт Билдинг! – заливался Бац-Бац.

Вантаджио взглянул на Хеллера: – Тебе нужно удерживать Римбомбо от выпивки. У него начинается белая горячка. Да, звонил Майк и просил передать, что твое такси будет готово завтра. Бац-Бац, надо бы тебе съездить за ним.

– Завтра не могу, – ответил Римбомбо, – не субботний вечер.

– Эй, что это за субботний вечер? – спросил Хеллер.

– Это когда собирается Гражданский союз исправления пороков, – пояснил Вантаджио. – Все высокопоставленные чиновники города. В это время проверок гораздо меньше, и Бац-Бац, отпущенный на свободу под честное слово, не будет особо рисковать, если уедет из города на несколько часов.

– Собираются все до одного? – спросил Хеллер.

– Ну да – начальники полиции, мэр и прочие шишки. Для нас это тоже плохо. Председательствует Фаустино Наркотичи и раздает зарплату мафии. А в первый субботний вечер еще хуже: там бывает сам губернатор и государственные чиновники.

– Ладно, не в субботний вечер я сам съезжу за машиной, – сказал Хеллер.

– Черта с два! Тебе этого нельзя делать! – воскликнул Вантаджио. – Разве не знаешь, что в Нью-Йорке категорически запрещено садиться за руль всем, кому нет восемнадцати? Поэтому тебе нужен водитель. Я пришлю одного из своих парней. А что это там такое насчет Эмпайр Стейт Билдинг?

– Да так, просто подвернулась побочная работенка.

Возможно, от того, как Хеллер сказал это, – как-то уж чересчур небрежно – у меня в глубине души зашевелилась и стала расти тревога. А если вдруг предположить, что Изя не украдет его денег?