Пока это продолжалось, у меня стало появляться нечто вроде горькой надежды. Изумрудный медальон, по-моему, стоил не больше пятидесяти тысяч долларов. Мой натренированный слух улавливал нотки, свидетельствующие о том, что список «предметов самой первой необходимости» подошел к концу. Черная норка от Бон-бакса Теллера, самая лучшая из всех норок, вероятно, будет стоить вдвое дороже этого медальона.
Надежда возросла: пусть меня постигла потеря, но и Хеллер запутается в этом так, что никаких наличных ему не хватит. Он даже не мог расплатиться за тиару для Малышки, ту, что заказал у Тиффани и которая осталась лежать в мастерской всеми забытая. Эта «певица», разъезжающая по заморским ночным клубам, и закоренелая преступница графиня Крэк рыли ему такую глубокую яму, которую даже я, при всем моем желании, не смог бы углубить. Если налоговая инспекция здорово потрошила Хеллера, то эта парочка собиралась превзойти налоговое управление и довести его до ручки – чтобы ночевал он в парке на скамье и питался из мусорных баков. Да благословят боги такие магазины, как у Бонбакса Теллера! Да благословят боги сказочных волшебников, которые придумывали моды и завлекали ничего не подозревающих и беспомощных мужчин в ямы полного банкротства. Они не просто отделывались от конкуренции – они отделывались от мужчин! Через суд по делам несостоятельных должников. А Хеллеру именно туда и торили дорожку.