Мистер Данбартоншир засопел. К сожалению, в нарушение данного в древности обещания, магистр черной и бурой магии наложил заклятие в состоянии тяжелейшего похмелья. И если в Шотландии в свое время это закончилось разгромом английской армии под Бэннокберном и объявлением независимости, то в деревне пляски под луной и запуск чугунка с магическим зельем закончились рухнувшим за рекой спутником и воцарением жаркой погоды. Даже слишком жаркой.

Откашлявшись, мистер Данбартоншир начал разговор издалека:

– Сейчас лето, однако. Я бы сказал, не сезон ягоды и корешки на болотах собирать.

– Это ты к чему? – не поддался староста.

– Я последние припасы на колдовство потратил. Если все вернуть обратно, на повторную хорошую погоду можно не рассчитывать.

– А по сусекам поскрести? – перешел в наступление похожий на вареного рака глава. Но, увидев, как собеседник печально разводит руками, нанес запретный удар: – Играть в подкидного перестану приглашать. Слышишь? Совсем перестану! Возвращай все взад! У нас в колодцах вместо воды одна грязь осталась, в баню даже сходить не можем! А мы не твои работяги, нам и помыться надо!

В сердцах разогнав облачко, колдун отряхнул балахон и отрезал:

– Не могу. Пока сенокос не закончим, заклинание не снять.

Через полчаса обладатель диплома с отличием сидел на березе, а внизу сгрудились добродушные соседи, живо обсуждающие вопрос: сгинет ли проклятое наваждение, если спалить нечестивца, или останется? Нечестивец тем временем с высоты пытался договориться по-хорошему:

– Ну что вы взбеленились? Ну добуду я для вас воду, сходите в баню. И постираться сможете… Наверное… Чего зря глотки драть, лучше бы за дело взялись. Денек-другой – и сенокос закончим. За вечер сено просохнет, и можно копны класть. А там и конец всей работе…