- Да, мистер Ходди, - говорил Клод, - вы можете быть совершенно уверенными в том, что у меня с Гордоном имеется куча прекрасных идеек про запас. Весь вопрос только во времени и в том, чтобы понять, какая из них наиболее выгодна.

- Что это за идеи? - спросил мистер Ходди, уставясь на Клода своими маленькими недоброжелательными глазками.

- Да вот хотя бы эта! ... - Клод подвинулся на софе, но без удобства для себя. Его голубой костюм был тесен ему в груди и особенно в промежности. Такая теснота доставляла ему болезненное неудобство, так что ему ужасно хотелось несколько оправить штанины.

- Этот человек, которого вы назвали Гордоном, он что, имеет где-то на стороне прибыльное дело? - сказал мистер Ходди. - Почему же он хочет перекинуться на другое?

- Совершенно верно, мистер Ходди. Потому что это - первоклассный бизнес. Но он еще хорош, и возможность расширять его, понимаете? Поэтому нам нужны новые идеи. Я тоже кое-что придумал и возьму теперь часть прибыли.

- Так что1 именно?

Мистер Ходди ел кусок смородинового торта, откусывая по кругу, и его маленький рот работал, как ротик гусеницы, откусывающей крошечные изогнутые кусочки от края листа.

- Так что именно? - снова спросил он.

- Каждый день, мистер Ходди, мы с Гордоном долго и детально обсуждаем различные аспекты дела.

Да.

- Так что именно? - повторил он безжалостно.

Клэрис искоса взглянула на Клода, подбодряя.

Клод перевел взгляд своих больших тихих глаз на мистера Ходди; тот молчал. Клоду не нравилась манера мистера Ходди давить на него, расстреливая вопросами, и вглядываться, и держать себя так, словно Клод какой-ннбудь паршивый адъютант или что-то в этом роде.

- Так что именно? - сказал мистер Ходди, и на этот раз Клод решил, что не взорвется. Кроме того, инстинкт подсказывал ему, что старик пытается устроить скандал.