Словно в ответ на мои мысли Лютик вырвал большой клок из ближайшей группы растений и принялся с энтузиазмом жевать. Глип понюхал тот же самый куст и отворотил нос.
Все это я заметил лишь мимоходом. Внимание мое сфокусировалось, главным образом, на самом дворе.
У стены дворца стоял небольшой открытый с одной стороны павильон, укрывавший сидящую там фигуру, надо полагать, короля. Около него стояли по бокам двое людей. А толпа разделялась на две группы. Первая стояла в довольно упорядоченной очереди вдоль одной стороны сада. Я полагал, что это очередь ожидающих... или, скорее, надеялся, что мы присоединимся именно к этой группе.
Вторая группа стояла дезорганизованной толпой на противоположной стороне сада и наблюдала за происходящим. Я не знал, кто это - отвергнутые претенденты или всего лишь заинтересовавшиеся зеваки.
Внезапно мне попалась на глаза молодая пара в группе наблюдавших. Я не ожидал встретить здесь никаких знакомых лиц, но эти два я уже видел. И не только видел, мы с Аазом одно время выдавали себя за них, из-за чего нас потом и повесили.
- Ааз! - настойчиво зашептал я. - Ты видишь тех двоих вон там?
- Нет, - ответил напрямил Ааз, даже не повернув головы.
- Но это те самые...
- Забудь про них, - настаивал он. - Наблюдай за судьями. Мы должны произвести впечатление именно на них.
Мне пришлось признать, что в этом определенно есть некоторый смысл, и я неохотно переключил внимание на фигуры в павильоне.
Король был на удивление молод, лет так двадцати пяти. Взъерошенные курчавые волосы доходили ему до плеч и в соединении с его хрупким телосложением придавали ему почти женственный вид. Судя по его позе, либо эти собеседования шли уже довольно долго, либо он мастерски овладел искусством выглядеть до смерти скучающим.
Человек слева от него нагнулся и настойчиво зашептал что-то на ухо королю, получив в ответ неопределенный кивок.
Этот человек, лишь немногим старше короля, но уже заметно полысевший, был одет в тунику и плащ желтовато-серого цвета и консервативного покроя. Несмотря на его непринужденную позу и спокойную осанку, наблюдательная яркость его глаз напомнила мне о беспокойной ласке.