- Подвезете? - спросил Усман.

- А куда мы денемся? - отозвался дед. - Докуда вам?

- В аккурат до вашей Михайловки. Да ты не бойся, дед, мы не разбойники, это у нас только вид такой.

- Как же, не разбойники, - не поверил дед. - Без крестов, да с пищалями, да с какими еще пищалями! Я таких вовек не видел.

- Почему же без крестов? - удивился я. - Вот, смотри, мы тоже крещеные.

Я вытащил нательный крест из-под камуфляжа и это произвело на аборигенов совершенно неожиданное действие. Все трое моментально ссыпались в замерзшую грязь и встали на колени.

- Не губите, ваши священства, - заголосил дед. - Простите скудоумного, что не углядел вовремя и честь не оказал. Они не виноваты, - он махнул рукой назад, туда, где стояли на коленях остальные возницы, - лишь на мне едином вина ибо сказано… - он задумался, - короче на мне одном вина, а младые си безвинны. Младые си, - повторил он со вкусом.

- Погоди, дед, - не понял я, - ты что это несешь? Как ты мог увидеть мой крест, если он под одеждой?

Дед состроил подчеркнуто идиотическое выражение лица и я понял, что все предыдущее было спектаклем, рассчитанном на… на что? Что мы с Усманом не будем гневаться на то, что не получили положенных почестей? А с чего нам гневаться?

- Какой сейчас год? - спросил Усман.

- Засушливый, - с готовностью ответил дед, - только-только и собрали хлебушка, чтобы с голоду не сдохнуть да подати заплатить. С Божьей помощью, - добавил он и состроил такое ангельское лицо, что стало сразу понятно, что хлеба в этом году собрали все-таки несколько больше.

- Какой год от рождества христова? - уточнил Усман.

- Как какой? - не понял дед.

- Сколько лет прошло с тех пор?