Когда мы собрались отъезжать, Тимофей упал на колени и нижайше попросил не отбирать телегу и лошадь навсегда, а позволить Федьке вернуться домой, когда в его услугах больше не будет нужды. Усман милостиво согласился. Тимофей нижайше попросил поклясться, и Усман поклялся милостивым и милосердным Аллахом. Дет Тимофей впал в прострацию и на этой ноте мы и покинули деревню Михайловку.
11.
Федька явно боялся. Он старался не показывать свой страх, но он боялся. Думаю, каждую минуту ему казалось, что страшные воины в страшной пятнистой броне превратятся в каких-нибудь кощеев и в лучшем случае сожрут его живьем, а в худшем - сожрут его грешную душу, не дав ей никаких шансов попасть в райские кущи или во что они тут верят. Кстати, можно прояснить этот вопрос прямо сейчас, ведь делать все равно нечего.
- Скажи мне, Федор, - начал я, - как был сотворен мир?
Федор испуганно шмыгнул носом, втянул голову еще глубже в плечи и ответил дрожащим голосом, которому безуспешно пытался придать взрослую сиплость:
- Бог сотворил мир за шесть дней.
- А откуда возник первый человек?
- Хватит маяться дурью, - перебил меня Усман, - лучше посмотри вперед.
- Стрельцы, - жалобно выдохнул Федор.
К нам приближался десяток всадников на более-менее приличных лошадях, судя по виду, из тех, что могут некоторое время бежать рысью, а потом не упасть замертво. Эти лошади напомнили мне тех, на которых в наше время ездят боевики по чеченским горам.