Ни черта не понять - не только почерк, но и обычно ясный, точный и лаконичный стиль Бертинских анналов именно в этом известии превращается в косноязычное мычанье с обилием исправлений, пояснений и местоимений "их, тех, это, того, это самое, как его..."

Можно лишь представить первое появление росов в Европе, вспомнив попойку Шлимана в шведской королевской академии: глубокая ингельгеймская ночь, пир в императорском дворце в честь прибытия послов, Людовик Благочестивый уже под столом, летописец Пруденций лыка не вяжет и несет всякий вздор; двое росов (швед, он хоть и Рюрик, но уже перешел в росскую веру) глушат все подряд и уже начинают выяснять между собой отношения:

"Ты кто такой?"

"А ты кто такой?"

В самом деле: кто же они такие? Почему поначалу приняты германским императором за норманских шпионов, а потом вдруг сделались лепшими друзьями?

Дело в том, что один из них, переводчик, - безусловно, швед (варяг, скандинав, норман, чудь, "искатель счастья и чинов, заброшен к нам по воле рока"), а второй (вот она, первая достоверно зафиксированная летописцем Пруденцием росская историческая фигура!) - а второй, собственно, и есть кореной рос, Великий Посол новой державы. Но германский император не разбирается в национальных тонкостях, для него все шведы, что китайцы, на одно лицо, императору подозрительна путаница самоназваний - почему эти чудные шведские викинги из скандинавских норманов называются Рос? Они сами так себя называют, или кто их так называет?.. Странно: почему не пошли из Византии домой, в какую-то свою Москву [Mousikowius], которую так любят и называют раем земным, а обходят ее стороной, делая крюк через пол-Европы? Где имение и где наводнение, где Москва и где Ингельгейм!..