— А сейчас?

— Сейчас трудно найти не нарушителя. По крайней мере, даже в Росдрагмете невозможно узнать цифру, сколько добыто золота за день. А раз такой учет…

— Пойдем от приисков?

— Думаю, да. Хотя попасть в артель, если ты не хохол, очень сложно.

— Что так? Почему твоя кряжистая сибирская фамилия — Корягин — им не подходит?

— Сибиряков на работы не берут — могут сбежать на день-два к жене, на покос, на свадьбу и тому подобное. А хохлы на положении рабов: до дома далеко, сами спокойны. За ножи, как черные, не хватаются. Плюс бесправны, так как работают на территории другого государства, — продолжал информировать Корягин. Видимо, времени даром на заводе он не терял.

— А по блату?

— Блат еще никто не отменял.

— Надо найти тех, с кем сидели твои крутые мужики.

— Выясним.

— И побыстрее. Можешь взять мой «форд» для разъездов. Дело к осени, а с наступлением холодов, насколько я знаю, добычу золота прекращают.

— Да, как только замерзает вода. Все зависит от промывки.

— Команду в детектив-колледж заслали? Начальник колледжа ждет. Даже обещал выделить в наше распоряжение тренера.

— Уже приступили к занятиям. Через месяц лицензии на ношение оружия будут получены. Мне когда возвращаться?

— Отдохни недельку в столице. Обживи квартиру, она для того и покупалась, чтобы в ней хотя бы изредка жили.

— Спасибо. А сами в родные края когда думаете заглянуть? Скоро открывается охота. Дача отделана.

Константин Юзефович впервые за встречу улыбнулся. Но, как оказалось, не от воспоминаний об охоте.

— Вчера с внуком разговаривал. Спрашивает: «На охоту ходишь, дедуль?» Какая, говорю, охота на Арбате. «А на рыбалку?» Какая в Москве-реке рыбалка, одни мазутные пятна. «Одичаешь ты в Москве, дедуль», — вздыхает. Так что скоро приеду, не хочу дичать.