Даррел оттащил меня от двери, а сам прильнул к щели одним глазом. Мгновение спустя его плечи затряслись, и я испугался, подумав, что у него началась истерика. Но когда Даррел обернулся, оказалось, что он просто ржал, изо всех сил сдерживаясь, чтобы не загоготать во весь голос, даже слезы потекли по щекам.

— Галвез застукала Чарльза! Ты бы видел, как она его распекала. Теперь ему влетит за то, что шляется по коридорам во время уроков и пользуется телефоном в школе. Уж Галвез доставит себе это удовольствие!

Мы торжественно пожали друг другу руки, прошмыгнули в коридор, потом спустились по лестнице к боковому выходу, выскочили за школьную ограду и очутились на залитой полуденным солнцем улице Валенсии. Родной Мишн-дистрикт выглядел великолепно, как никогда. Я посмотрел на часы и охнул.

— Бежим! За двадцать минут надо добраться до фуникулера. Там встречаемся с нашими.

Ван заметила нас первой. Ее саму было трудно различить в толпе корейских туристов. Она чаще всего маскировалась таким способом, когда сбегала из школы. С тех пор как открылся мобильный школьный блог для доносов на прогульщиков, среди владельцев магазинчиков и прочих «елейных лицемеров» появилось много желающих совать свой нос в чужие дела и брать на себя лишнее. Им ничего не стоит сделать с мобильника фотку замеченного подростка, сачкующего во время уроков, и послать ее через Интернет на рассмотрение к школьным администраторам.

Ван отделилась от толпы и направилась к нам. Даррел сохнул по ней всю свою сознательную жизнь, а она очень мило притворялась, что понятия об этом не имеет. Ван по-дружески обняла меня, затем подошла вплотную к Даррелу и легонько ткнулась губами в щеку, отчего тот зарделся до кончиков ушей.