Я еще раз осмотрел первый салон. Спать я не смогу, фильм смотреть не охота. И, интересно, о чем это мы сможем поговорить с этой дамой? Нет, с тем стариком точек соприкосновения у нас значительно больше.

– Парамаунт, – сказал парень.

– Что?

– Я говорю, фильм кинокомпании «Парамаунт».

– Не люблю американские фильмы.

Пацан сделал такое лицо, как будто я оскорбил его бабушку. Видимо в его голове не укладывалось, как это можно не любить Голливуд.

– Извините, но я не смогу принять ваше предложение, – сказал я.

Это парня совсем добило, он даже закатил глаза и собрался упасть в обморок. Тем не менее, не успел я дойти до своего места, как он догнал меня и схватил за рукав.

– Назови свою цифру, – зло произнес он.

– Тридцать бэ, – не задумываясь, выпалил я.

– Муля не нервируй меня. Что это?

– Цифра.

– Я спрашиваю, сколько ты хочешь?

– Вы предлагаете мне деньги? – удивился я.

– В деньгах вся сила, брат! Деньги правят миром, и тот сильнее, у кого их больше.

– Деньги за то, чтобы я пересел?

– Да.

Подошла стюардесса.

– Мы взлетаем, – сообщила она. – Нужно сесть и пристегнуться.

Я пожал плечами, еще раз сказал «нет», прошел на свое место, сел и пристегнулся. Паренек хотел последовать за мной, но подоспела еще одна бортпроводница, и они вдвоем преградили ему путь, встав плечом к плечу, как двадцать шесть Бакинских комиссаров. Действия и изречения парня были мне непонятны.

А что если старикан обидится и откажется со мной разговаривать? Я посмотрел через его плечо в иллюминатор. Там, что есть силы, улепетывала куда-то за спину, зеленая трава.

Дед наконец-то отвлекся от мечущегося пейзажа и остановил свой взор на мне.

– Вынужден был отказать вашему другу, – извиняющимся тоном сказал я. – Мне там не понравилось.