Или он обманывал или произошла утечка информации. Что делать, я не знал. Вначале мне пришло в голову, что нужно позвонить и спросить или у Тагамлицкого или у Степана Юрьевича из службы безопасности. Потом подумалось, что частые звонки и дерганье начальства не прибавят мне авторитета. Между прочим, удачно вспомнил про телефон, порылся в карманах и включил сотовый, а то жена начнет названивать до нервного срыва. После недолгих сомнений я решил подойти к мужчине.

– Здравствуйте, Ткачев Андрей – это я.

Встречающий улыбнулся и ртом и глазами. Это все из тех самых американских уроков про улыбки. Можно улыбаться только ртом, когда глаза остаются холодными, это значит, что улыбка фальшивая, можно улыбаться только глазами, это значит, что человек на самом деле рад, но почему-то скрывает свои чувства, а можно улыбаться всем лицом, в том числе глазами, ушами и даже волосами. Таким улыбкам необходимо долго обучаться или нужно на самом деле обрадоваться.

– Аркадий, – он протянул мне руку. Хорошо одетый, свеженький. Моложе меня.

Он хотел сказать что-то еще, но у меня зазвонил телефон. Как я и предполагал, это жена.

– Алло, Рюсик, поросеночек, вы уже сели?

– Сели.

– А я звоню, звоню. Так волновалась, просто ужас!

– Все нормально.

– Ты на частниках не езди, моя лошадка. Это очень опасно.

– Ладно, – спорить бесполезно.

– Из отеля позвони.

– Хорошо.

Я поправил очки. Я всегда поправляю очки, когда чувствую себя неловко. Вроде взрослый мужик, сорок лет, а такая опека. Успокаивает то, что Аркадий не слышал слов жены.

Заметив мой жест, встречающий сказал:

– У меня тоже близорукость, только я уже лет пять ношу линзы.

Врет, наверное. Морщинки у глаз не те, очкарики сильно щурятся, а в линзах таращатся. Это он мосты наводит. Знаю я эти штучки. Если я сейчас скажу, что к линзам у меня непереносимость, завяжется дружелюбный разговор, значит, я попался на уловку. Нужно разрушить его схему.