Повисло молчание, Ахилло по-прежнему стоял неподвижно, стараясь, чтобы ни один мускул на лице не дрогнул Он знал, что начальство, как собаки, хорошо чует страх и спешит добить осла6евшего. Михаилу было не столько страшно, сколько муторно: его коллеги лишались, головы за куда меньшие грехи. - Да садитесь вы! - Лицо наркома приняло нормальный цвет, он достал из тумбы стола какой-то флакончик и отхлебнул прямо из горлышка. - Садитесь, товарищ Ахилло. Пришлось сесть, и Михаил вдруг понял, что чувствуют подследственные на допросе. Ощущение оказалось не из приятных. - В общем, так, - нарком слегка стукнул ладошкой по зеленому сукну, сейчас в распоряжении следствия появились новые данные, которые позволяют предположить, что старший лейтенант Пустельга замешан, как минимум, в одном серьезном преступлении. Поэтому... Ежов замолчал, потер зачем-то лоб и снова сморщил физиономию. - ...коллегия приняла решение расформировать группу "Вандея". Вы и лейтенант Карабаев переходите временно в мое непосредственное распоряжение. Вопросы? - А кто будет заниматься "Вандеей"? Вопрос вырвался сам собой, прежде чем Ахилло успел прикусить язык. Нарком дернулся, блеклые глаза сузились: - Товарищ старший лейтенант! - Михаил вновь стоял по стойке "смирно". Все это напомнило развлечение некоторых следователей - веселую игру "сесть встать", в которую они играли с арестованными. - Вы позволяете себе... Вы думаете, что без вас... На Ежова вновь напал кашель, маленькое худое тело задергалось, рука выхватила носовой платок... Затем последовал все тот же флакончик. Нарком приходил в себя долго, наконец вновь махнул рукой, усаживая Ахилло на место: - "Вандеей" займутся те, кому положено. Это уже не ваша забота. И тут Михаил понял. Следствие по делу таинственного подполья изъято из ведения Большого Дома! Кто-то вырвал из пасти у всесильного наркомата лакомый кусок! Ахилло быстро начал соображать: едва ли это обезглавленная военная разведка, на такое у бывшего ведомства Берзина сил не хватит.