- Ваше дежурство закончится завтра в семь? А я буду в клинике в восемь. Очень хотел бы видеть вас, коллега.

"Коллега" и тон не предвещали ничего хорошего. Евгений Максимович осторожно положил трубку на рычаг.

II

- Здравствуйте, Евгений Максимович, извините, что заставил задержаться. Однако нам необходимо объясниться, сделать это лучше не по телефону. Во-первых, хочу узнать, почему вы отменили цефамизин? Ведь рентген показал затемнение в легком, а, как мы знаем, при гриппе именно это осложнение часто утяжеляет течение болезни.

Серьге глаза смотрели вполне доброжелательно. Тот, кто впервые встречался с их взглядом, мог бы и не заметить в нем некоторой доли снисходительности. Но Евгений Максимович знал Владимира Игнатьевича, когда тот был еще аспирантом и собирал материал для кандидатской. Он помнил и его хватку, и методы решения вопросов. Евгений Максимович привычно помял переносицу и медленно проговорил:

- Первый рентген показал затемнение во втором сегменте правого легкого, а на седьмой день после приема цефамизина затемнение исчезло...

Согнутый указательный палец слегка щелкнул по пластмассе письменного прибора, как бы говоря: "Вот видите..."

-...и появилось в язычковой доле левого легкого... - Тем более больная нуждается в цефамизине. - Э-э, видите ли, Владимир Игнатьевич, это похоже на летучее затемнение. Цефамизин сейчас только ослабляет больную...

- Рискованное заявление, коллега. Действие - еще рискованней. Что сейчас означает каждый миг промедления, представляете?

"Полный набор медпрепаратов по схеме" снимает ответственность, даже если один из них ослабит деятельность другого. Но кто это определит? Зато отсутствие какого-нибудь из них отметит каждый".