Я, разумеется, не собираюсь убивать столь чудесный замысел пересказом сюжета – да и физически это задача невыполнимая. Читайте , наслаждайтесь сами. Никаких серьезных дел на ближайшую неделю планировать не советую… Пока же, мне кажется, пора ближе познакомиться с автором этой замысловатой конструкции, распутывать все узелки и заморочки которой, надеюсь, доставит удовольствие самому взыскательному ценителю.
Итак, Джулиан Мэй. Имя, нашим фэнам практически неизвестное. Если же добавить, что и в мире американской фантастики о нем по-настоящему узнали только спустя три десятилетия после выхода первого рассказа писательницы, то ситуация выглядит и вправду интригующей донельзя.
Впрочем, и утверждать, что Джулиан Мэй все эти три десятилетия пребывала в абсолютной безвестности, было бы неверно.
Родилась она в 1931 году в Чикаго. Там же, в Иллинойсе, окончила местный колледж Розари, а в 1953 году вышла замуж за известного критика, библиографа и издателя научной фантастики Тэда Дикти, с которым прожила все последующие годы (Дикти скончался совсем недавно, в 1991-м), приняв участие в большинстве его издательских проектов. Так что первая ипостась также многоцветной биографии Джулиан Мэй – редактор и издатель.
Затем она попробовала силы в активном фэндоме . Так называют фэнов, которые не просто проводят дни и ночи напролет за чтением любимых книг, но еще и развивают кипучую деятельность (благо Америка предоставляет таким неограниченный «оперативный простор»): устраивают конвенции, издают любительские некоммерческие журнальчики-фэнзины, составляют библиографии и обмениваются фантастическими раритетами… Фэны со стажем, разумеется, помнят, что председателем Оргкомитета памятной Всемирной Конвенции 1952 года в Чикаго (названной по случаю Чиконом-II) была молоденькая местная активистка по имени Джулиан Мэй. А почему памятной? Да ведь именно на ту Конвенцию почетным гостем был приглашен человек-легенда американского фэндома – создатель первого научно-фантастического журнала Хьюго Гернсбек. И то ли благодаря прозрению двадцатилетней Мэй, то ли – живому присутствию в зале Гернсбека, но свершилось: собравшиеся в Чикаго фэны решили отныне на Всемирных Конвенциях присуждать ежегодные премии. Назвав их именем… сами догадаетесь чьим.