- Проклятье! - воскликнула Большая Джорджина. - Впрочем, я все равно не играла, а только сидела сложа руки.

Она поправила кондиционер на своем скафандре и с шлемом под мышкой грузно прошествовала к стоявшим наготове аварийным машинам с мощными бурами.

Стейн Ольсон швырнул на стол свои карты. Стоявший перед ним стакан опрокинулся, и содержимое разлилось, подмочив небольшую стопку фишек.

- Стоит впервые за весь день пойти приличной карте, и на тебе! Проклятые трисомики, чтоб им пусто было!

Ольсон поднялся из-за стола, опрокинув армированное кресло, и стоял, покачиваясь, - безобразно-прекрасный викинг-берсеркер ростом под два метра с лишним. Покрасневшие белки его глаз странным образом контрастировали с ярко-синей радужной оболочкой. Ольсон уставился на еще сидевших за столом игроков, и его руки как бы в рыцарских доспехах сжались в огромные кулаки.

Хуберт громко захохотал. Ему было отчего радоваться, ведь он остался в выигрыше.

- Не бери в голову, Стейн. Лучше подотри за собой. Говорил же я тебе, что выпивка в игре не помощник.

Подал свой голос и четвертый игрок:

- И я тебе толковал о том же. Сам виноват. Сейчас нам на выход, а ты снова в прогаре.

Ольсон бросил на говорившего убийственный взгляд. Включив фонарь на скафандре, он забрался в свою аварийную машину и принялся задраивать люки.

- Ты бы лучше помалкивал, Жанго. Даже в стельку пьяный, я точнее пробурю скважину, чем какой-то вонючий портуталишка, сардинщик проклятый.

- Будет вам грызться, - попытался утихомирить страсти Хуберт.

- А ты попробуй поработать в паре с этим красноглазым ублюдком, тогда узнаешь почем фунт лиха! - огрызнулся Жанго.