Их длительность была такой, как он помнил, но не в той последовательности.

Когда замер последний трубный звук, издалека донесся крик. Вольф чуть было не запаниковал. Он выругался, снова поднял рог к губам и нажал на кнопки в таком порядке, который, как он надеялся, воспроизведет «сезам откройся», музыкальный ключ к другому миру.

В то же время луч фонарика пробежался по разбитому окну комнаты, а затем последовал дальше. Вольф снова затрубил.

Свет вернулся к окну. Послышались новые крики.

Вольф пробовал разные комбинации кнопок. Третья попытка завершилась мелодией, что произвел юноша на вершине валуна.

Фонарик просунули в разбитое окно. Глухой голос прорычал:

— Эй ты, там, выходи, или я буду стрелять!

Одновременно на стене появился зеленоватый свет, прорвался и выплавил дыру. Сквозь него сияла луна. Деревья и валун были видимы только как силуэты на фоне зеленовато-серебряного излучения от огромного диска, у которого виден был только сегмент.

Он не стал задерживаться. Он мог бы заколебаться, если бы остался незамеченным, но теперь он знал, что должен бежать.

Другой мир предлагал неуверенность в будущем и опасность, но в этом ждал неизбежный стыд и позор. Пока сторож повторял свои требования, Вольф оставил его и свой мир позади. Ему пришлось нагнуться и высоко шагнуть, перебираясь через съеживавшуюся дыру. Когда он обернулся на другой стороне бросить последний взгляд, то смотрел сквозь отверстие не большее, чем корабельный иллюминатор. Через несколько секунд оно исчезло.

Глава II

Вольф присел на траву отдохнуть и отдышаться.

Он подумал, какой иронией судьбы было бы, если бы волнение оказалось слишком велико для его шестидесятилетнего старого сердца. Умер до оказания помощи. УДОП.