- Что же дальше? - спросил я. - Если верить легенде, можно далеко зайти...

- А ты попробуй поверить. На всякий случай. Не исключено ведь, что это сущая правда. Тогда... тогда в один прекрасный день ты встретишь их.

- Не думаю. И почему это вдруг должно произойти?

- А ты представь только: сначала анабиоз, потом он прерывается, значит, звездное путешествие кончилось, зонд совершил посадку. И вдруг идеальные условия. Разве это не может послужить сигналом к превращениям? Идеальные условия после анабиоза - верный признак того, что они попали к тем, кто о них заботится. Тебе, конечно, виднее, но я бы не исключал этого фантастического на первый, взгляд предположения. Мы обязаны обратить внимание даже на самый невероятный исход...

- Генетики молчат... Неужели ты это всерьез?

Я не понимал Ольховского. Как только удалось ему сохранить это странное свойство характера - вечно забегать вперед и напрасно тратить силы, время?

Позже стало ясно: я боялся заглядывать за ту черту, что отделяет действительность от мечты.

Зеленый браслет

Разбудил меня звонок. Я знал, что никто из моих знакомых не стал бы беспокоить меня в это горячее время. Утром я обычно подолгу раскачиваюсь, не спеша готовлю кофе, просматриваю журналы и записи. Ночной звонок заставил меня подняться сразу, тревожное предчувствие мгновенно поставило на ноги. Я знал: автомат сработал оттого, что в лаборатории что-то стряслось. Включил оперативную память, уловил обрывки фраз: "...Нарушен тепловой режим...", "...отклонения химического состава...", "...снижение концентрации азота в рабочей камере..." Для меня это было равносильно катастрофе.

Но ведь даже при желании фитотрон не так просто вывести из режима. Для этого нужно, по крайней мере, прямое попадание крупного метеорита или девятибалльное землетрясение. Что там происходит?