Выйдя в огромное пространство холла, не сравнимое даже с ареной, мишка замер в восхищении перед открывшейся картиной: он не смог оторвать глаз от висящего на стене нарядного и наглядного изображения графика полетов. Подобной красоты он не видел никогда в своей короткой, но активной жизни. Решив, что это тот самый подарок судьбы, о котором ему всегда рассказывала в детстве мама-медведица, косолапый решил внести свою лепту в буйное великолепие красок. У него не было кисти, но настоящего артиста это не могло остановить. С помощью остро отточенного когтя он внес первый штрих. Результат потряс его воображение: картина преображалась на глазах, пробуждая еще более сильные эмоции. Он провел лапой еще раз, теперь используя все когти разом. Стало еще лучше, но как истинного художника его по-прежнему что-то не удовлетворяло…

Когда наутро его обнаружили в муках творчества перед расписанием, зрелище действительно вызвало шквал сильных эмоций, возможно, и не совсем тех, на которые рассчитывал медведь. Художнику не привыкать к непониманию толпы, но гонителей было слишком много — мишка предпочел спастись бегством и, поджав хвост, буквально галопом помчался обратно в свою клетку, и там забился в угол с видом непризнанного гения, оскорбленного в лучших чувствах.

Расписание было безнадежно испорчено. До сего момента никому и в голову не приходило сделать с него копии, ведь относились к нему и как к произведению искусства, и как к священной реликвии, — даже мысль, что оно может быть испорчено, переделано наспех или скопировано, казалась святотатством.

Месяц непрерывного, кропотливого труда — и расписание предстало перед ними во всем своем блеске. Но, как это часто бывает, в процессе перпетийцы забыли самое главное — визит в городок дядюшки.

В результате чего только через пять лет, к вящему облегчению всех жителей, уже всерьез волновавшихся за судьбу своих любимых артистов, летающий шатер цирка Перпетии вновь обосновался в городке.