Охранница всё ещё смотрела на неё. Эль–Неренн вопросительно взглянула в ответ.

— Вы служили в семье Рекенте? – поинтересовалась охранница.

Вообще–то такие вопросы, мягко говоря, задавать не положено. Отвечать на них необязательно.

Эль–Неренн молча кивнула. Охранница неожиданно улыбнулась ещё раз.

— Я слышала о вас, эль–Неренн. Не думаю, что у меня с вами будут сложности. Я – ваша дежурная по этажу. Привыкайте.

Эль–Неренн кивнула, дождалась, когда двери закроют и запрут и, бросившись лицом прямо на стопку постельного белья, начала привыкать.

- - -

Инспектор открыл папку с делом эль–Неренн. Был уже вечер; в участке оставался только он да сержант Тоэн – пусть медлителен и не гений, зато во всём можно положиться. В этой дыре такой роскоши, как электронная справочная и терминалы связи, инспекторам не полагаются. Тоэн прекрасно всё это заменял. Тридцать лет в полиции, но, похоже, так и останется в сержантах.

Да. У самого инспектора карьера остановилась на этой вот дыре, незадолго после того, как эль–Неренн впервые схватили. Обвинение – попытка незаконного пересечения границы, контрабанда. Под давлением иммиграционной службы приговор вынесен условно, с отменой в случае получения гражданства в течение пяти лет и отсутствия приводов по уголовным статьям. Очень уж удачно всё сложилось для беловолосой – и её поверенного, молодого юриста, Виккера.

Освежим воспоминания. Текущая работа никогда не может быть закончена – бесконечные отчёты, допросы всякой мелочи, всё в таком духе. А ведь прочили ему, Тигарру Терон, должность начальника криминальной полиции района. И – всё. Никакого просвета. Без всяких видимых причин.