В десяти шагах от него такую же операцию проделал Подводник.

— Шлемы пока не снимайте, — заботливо предупредил Стратег. — Воздух у нас не очень.

Пыль, поднятая при посадке, медленно оседала на такие неприятно замершие, как будто мертвые боевые машины, на стекла шлемов, на засовы двери.

Пыль.

Все, что осталось от процветающей цивилизации, строившей грозные штурмовики, дальнобойные лазеры и орбитальные станции.

— Заходите скорее! — поторопил их Стратег. — Пыль у нас тоже не очень хорошая.

— А что? — удивился Подводник.

— Да радиоактивна немного…

Оба гостя мгновенно оказались в туннеле, а еще через несколько минут старательно отряхивались перед решетками огромных пылесосов, отмывались в водопаде, который чисто условно назывался душем, и промывали легкие кислородосодержащей жидкостью, которую Подводник с мрачным юмором обозвал “поцелуем глубин”.

— Привет ближе, — улыбнулся Стратег, вставая из кресла. — Ну, убедились, что я и вы — одно и то же?

Действительно, парень, поднявшийся из-за дисплея, оказался почти точной копией обоих гостей. Почти — потому что чуть больше были залысины над чуть более высоким лбом, чуть полнее казался он в нижней части тела, чуть мягче были ладони и толще пальцы — но такими же холодными были огоньки в глазах и такой же родной и близкой была непосредственность, с которой он сразу перешел к делу.

— В тридцати линиях к условному Северу отсюда Враг пытается построить кое-что, чего до конца не понимаем ни я, ни ящик… — Стратег кивнул на дисплей. — Больше всего это похоже на базу — или станцию, наподобие этой. Это означает, что под контролем Врага окажется сектор в радиусе примерно десять-двенадцать линий. Есть предложения?

— Атаковать, — одновременно сказали Пилот и Подводник.