Камера начала негромко жужжать, и Локе поднял руку, крикнув: «Начинается!»

Собравшиеся внезапно затихли, замерли неподвижно, и в горячем сухом воздухе повисло ощутимое предвкушение некоего события.

Небо потемнело, и поляна исчезла.

Мозг распух, почти заполнив всю свою камеру. Голый и гладкий, он был полностью покрыт океаном булькающего, излучающего свет железа, который находился сразу под потолком из гиперволокна, и люди стояли прямо в этом океане, но не горели, наблюдая, как разыгрывается древняя драма.

Бесшумно, без предупреждения, появились Враги, ползя по стенкам камеры, через бесчисленные туннели - киборги, похожие на насекомых, огромные, холодные и проворные.

Словно рой ос, они устремились на Мозг, обстреливая его глыбами антиматерии, которые шлепались на расплавленный металл, и вверх поднимались раскаленные добела фонтаны. Жидкое железо бурлило, волны вздымались к потолку и снова опадали. В режущем свете Уошен смотрела на сына, пытаясь определить выражение его лица, его настроение. Он выглядел зачарованным: глаза его расширились, рот открылся, тело содрогалось от апокалиптической лихорадки. Казалось, все наблюдали эту картину в первый раз. Уошен вспомнила последний разговор с Диу, происшедший почти десять лет назад. Она спросила о камерах и о верованиях Непокорных, объяснив, что Миоцен хочет знать подробности. В ответ Диу заворчал, напомнив ей: «Я единственный неверующий среди них, и они немногое мне рассказывают. Меня терпят из-за моих технических познаний и, что не менее важно, за то, что я давно перестал лебезить перед Миоцен и всеми вами».

Внезапно из железного моря возник купол из гиперволокна, выстрелили лазеры, и, прежде чем купол снова скрылся, дюжина Врагов была убита.

Враги подождали подкрепления, затем атаковали снова.

Снаряды из гиперволокна несли антиматерию глубоко в недра океана. Мозг затрясся, сморщился, затем извергнул газ и огонь. Возможно, Врагам удалось прикончить последних Строителей.