Лишь глаза Миоцен выдавали ее гнев. Тилл продолжал свое объяснение:

- Вы находитесь здесь потому, что Строители призвали вас. Они заманили вас сюда потому, что им нужен был кто-то, чтобы дать нам жизнь.

- Это бред! - прорычала Помощник Капитана.

Уошен, прищурившись, искала глазами Диу. Она узнавала его лицо, его бьющую через край энергию, но только в детях. Где же он сам? Внезапно ей пришло в голову, что его не пригласили сюда или, еще хуже…

- Я знаю, почему вы верите в эту чушь, - произнесла Миоцен, затем шагнула ближе к Тиллу, подняв к небу руки. - Это очевидно. Когда ты был мальчишкой, ты нашел одну из этих камер. Верно? Там ты увидел войну и Врагов, и именно ты начал все это… эту чепуху насчет того, что вы - возрожденные Строители!

Сын разглядывал ее с любопытством и презрением.

- Ты ошибся! - произнесла Миоцен резким, обвинительным тоном. - Ты был ребенком, ты не понимал смысла того, что видел, и с тех пор мы расплачиваемся за твое невежество. Разве ты не понимаешь?..

Сын ее улыбался - ему были неведомы сомнения. Глядя на Непокорных, Миоцен выкрикнула:

- Кто из вас понимает меня?! Молчание.

- Я не находил никакой камеры, - заявил Тилл.- Я был один в джунглях, и мне явился дух некоего Стро* ителя. Он рассказал мне о корабле и Врагах. Он показал мне все это. Затем он пообещал мне: когда закончится этот день, в наступающих сумерках я узнаю свою судьбу…

Его голос стих, и наступила тишина.

Локе опустился на колени и поднял сферу, потом взглянул на Уошен и произнес будничным голосом:

- Обычная плата. Вот что мы предлагаем. Миоцен взревела:

- Что ты хочешь этим сказать?! Это лучший из найденных нами артефактов!

Никто не ответил; все смотрели на нее как на сумасшедшую.

- Он работает. У него сохранилась память. - Старший Помощник Капитана размахивала руками. - Остальные камеры оказались пустыми или почти пустыми…