Потом посмотрела в зеркало, возле которого стояла и оглядела себя.

На роль возрождающей к жизни я никак не подходила. Обычная девчонка почти семнадцати лет. Таких полно везде. И всё же…отрицать то, что произошло ночью, я не могла.

Спустившись на кухню, я увидела маму, которая сосредоточенно чистила морковку.

— Мамуль…я опять всё проспала! Прости! — мне искренне было жаль, что я снова не помогаю маме, но после того, как вчера я легла очень поздно, встать с петухами решительно не получилось.

— Ничего, Тась. Я ведь уезжаю сегодня, поэтому все заботы опять лягут на твои плечи. — ответила мама, — Тебе завтрак приготовить?

— Не, мамуль, я сама.

Мама улыбнулась и снова принялась за чистку овощей.

Я быстро почистила зубы и открыла холодильник в поисках подходящей еды.

Плеснув в миску немного молока и добавив яйцо, я кинула туда же пару столовых ложек сахара и приготовилась жарить гренки. Особенно я люблю гренки из хлеба. Мама обычно закатывает глаза и говорит, что такая еда не для тех, кто хочет сберечь свою фигуру, но на меня еда в этом плане не действует.

Сидя возле окна за столом и лениво отщипывая кусочки гренка, я поглядывала на улицу, гадая, придет ли сегодня за мной Слава.

Иногда на меня накатывало стойкое ощущение, что всё, что произошло ночью — плод моего явно больного воображения. И если Слава сегодня не появится, по крайней мере, это будет убедительным доказательством того, что мне срочно нужен психолог…А ещё лучше психиатр.

Завтрак прошёл без происшествий, и я отправилась в парник, где как раз должна была рассадить огурцы. Когда и эта работа была закончена и мама позвала меня обедать, а Слава всё не приезжал, мне всё чаще стало казаться, что с моей психикой в ночи произошли какие-то необъяснимые изменения.

Когда я вяло ковыряла ложкой в тарелке с супом, за окном раздался рёв мотоцикла, он всё приближался с каждой секундой, а потом к нему присоединился неистовый лай Бренда. Я бросила ложку в суп и выбежала из-за стола, даже не извинившись.