- Не понимаешь ты, Боря, в нашем деле, хотя чего иного ждать от дилетанта? - Галя Николаевна вынеслась на середину комнаты и наверняка протаранила бы Снечкина, если бы тот не погрозил ей загодя тростью. Это Галю Николаевну не смутило, она круто развернулась и с места в карьер накинулась на Фогеля: - Куда какое искусство - перестановка куклы на потребу торговой администрации! Фантазия на тему манекена! Фи, Георгий, вы дискредитируете жанр. Занимались бы чистой скульптурой, я сама ваяла в юности. Но нет, где там, вы рожаете Галатею, ищете сверхвыразительную пластику! Что же после вас останется, а? Никаких следов. Колебания воздуха...- Галя Николаевна заметила меня, подлетела, отобрала нож: - А ты зачем здесь, девочка? Иди-иди, я сама кекс порежу.

- Нюта, расставь, пожалуйста, голубой чайный сервиз,- перебил ее Фогель, незаметно мне подмигивая. Он-то понимал, как мне интересно, как не хочется уходить.

Я тоже ему подмигнула. И стала нарочно медленно вынимать чашки из серванта и по одной носить на стол.

Галя Николаевна недовольно сморщилась, бросила резать кекс:

-- И потом, дорогой Георгий, вы давно не выставлялись. Ну, хотите, я договорюсь о вашей персональной выставке?

- Зачем ему мелочиться? - Калюжный вынул трубку изо рта и захохотал.Нам с вами и не снилась аудитория, какую он имеет ежедневно. Кроме того, за это ведь неплохо платят...

- Миша, я требую вести себя прилично! - тонким голосом закричал Фогель.

- Ну-ну, не буду, не буду, я пошутил. Все знают, какой вы бессребреник, за идею страдаете.

Калюжный широкими шагами подошел к камину, постучал черенком трубки по изразцам, точно отыскивая пустоты, с таинственным видом, как тайник с золотом, отворил дверцу и вытряхнул пепел.

Я прыснула.