– Взгляни честно на желания, которые тайно гложут тебя изнутри. Иди к нам, брат. Слейся с Единственным.

Парень был необычным и потому казался Стэну почти симпатичным, однако его кожа выглядела странно мягкой и гладкой. Кроме того, он был явно здорово под кайфом.

Стэн нахмурился и снова покачал головой. Панк молча вручил ему брошюру, отпечатанную на дешевом тонком пластике, прикоснулся рукой к своему лбу, после чего прикоснулся той же рукой ко лбу Стэна, что, очевидно, должно было означать обмен знанием. Бедный глупый урод. Появился свободный сек. Спасшись на бегущей дорожке и расплатившись, Стэн прочитал заголовок на обложке брошюры. «Я – МЫ, ВОТ НАШ ПУТЬ, – сообщили ему черные буквы. – МЫ ВСЕ – ЕДИНСТВЕННЫЙ!»

Из дальнейшего прочтения Стэн узнал, что разделить любовь с членами секты Единственного означает соединиться с энергией Космоса. Утверждалось, что все люди, по сути дела, аспекты одного и того же архетипа. Те же, кто хотел узнать больше об Органическом Мистицизме, приглашались посетить штаб-квартиру Церкви на шестом этаже здания ОСЦС. Вся сия мудрость и просветление исходили от милости Бей Нг, чья фотография и биография имелись на последней странице обложки брошюры. Худой морщинистый яйцеголовый азиат. Похож на здоровенный косяк.

Даже сейчас, после восемнадцати трезвых месяцев, многие вещи наводили Стэна на мысли о дури.

Мимо него неторопливо проплывали ландшафты Эйнштейна. Город был велик – с этим нельзя было не согласиться, – наверное, не меньше Манхэттена или с половину Вашингтона. И это не считая всех подлунных помещений и тоннелей.

Муравейник. Город, сооруженный разумными роботами, которым благодарные люди дали коленом под зад. Столица бопперов. Как только люди узнали, как убивать машины, дальнейшее происходило очень легко. Карбон-диоксидный лазер, источник ЭМ энергии, скрамблировал цепи бопперов, вносил в их мыслительные сигналы сумятицу. Спасая свое существование, бопперы ушли в глубь Луны. Раздумывая о боппеpax, Стэн испытывал смешанные чувства.