У нас и молчаливо взиравшего на царя советника отвисли челюсти: такого от правившего тридцать с лишним лет самодержца никто не ожидал.

– Да мы к тому времени сотню раз окочуримся, отец! – сердито ответил Афанасий: столько лет ходить в подкидных дураках – и ради чего? – От тебя не дождешься, ты сам сколько раз об этом говорил!

– А чего это ты вздумал мне перечить? – поинтересовался царь, подозрительно посмотрев на старшего сына. – Надеешься, что я вскорости перееду в тихое место, где правит бал молчание, нарушаемое тихим плачем тех, кто приводит туда очередного жильца?

– Мне про кладбище еще ни разу так живописно не рассказывали…– пробормотал Афанасий.

– За то, что мне перечишь, я передам царство Никите.

– В честь чего это?! – возмутился старший. – Он еще не привез яблоко! И потом, откуда ты знаешь, что Никита – это он, а не я?

Отец посмотрел на братьев пронзительным взглядом. Никита возмущенно выдохнул и повернулся к брату выразить свое негодование:

– Я – Никита, и тебе никого не убедить в обратном!

– Это я – Никита! – рявкнул Афанасий. Царь поднял глаза к потолку и пробормотал:

– Господи, спасибо тебе, что не наградил меня находчивыми тройняшками!

Мы с отцом с интересом понаблюдали, как братья отбивались от имени Афанасий и называли себя Никитами, но спор закончился неожиданно для них обоих. Отец хлопнул в ладоши, и в тронном зале наступила полная тишина.

– Значит, так! – заявил он. – Поскольку я так и не научился отличать вас друг от друга, то выношу вердикт: править царством будет Иван! Он, слава богу, всего один.

У братьев снова отвалились челюсти. Отец обратился ко мне:

– А что скажешь ты? Как поступишь?

– Как, как… – Я пожал плечами, – Оставлю одно яблоко про запас и взойду на трон молодым и здоровым, пусть мне к тому времени и стукнет двести сорок лет!

– О, ты гений! Просто гений! – возликовал отец. – Но заранее не радуйся, сначала добудь яблоки.