– Полегче на поворотах! – чуть повысил я голос. – Здесь я главный, а не ты!
– А я расскажу о яблоках.
– А я прикажу посадить тебя под домашний арест до нашего возвращения!
– А я сбегу!
– Ладно, говори, – сдался я. – Тебе станет легче, если люди поголовно сорвутся на поиски, а ты останешься в царстве одна-одинешенька?
– Я пойду с ними! И мы с Мартином все равно будем вместе путешествовать.
– Так, стоп! – не выдержал я. Искать яблоки толпой в несколько тысяч человек – это явный перебор. Не ровен час, соседи решат, что на них войной идут! – Ответь мне на один вопрос, Анюта: кто из нас царевич?
– Конечно ты! – Девушка округлила глаза. – Разве кто-то сомневается? Но я все равно вас догоню.
– Не выйдет: нас уже и след простынет. – Я положил котомку на стол и начал развязывать тугие узлы.
Анюта закусила нижнюю губу и посмотрела на меня виноватым взглядом.
– Что это ты взяла? – строго спросил я, заглянув в котомку. – Мы едем в долгое путешествие, а не на прогулку по летнему саду. Утверждать не буду, но там по случаю и убить могут! А если ты берешь с собой брелки, побрякушки и зеркальца, то в нашем походе тебе делать нечего!
– Когда я собиралась, то не знала о вашем путешествии… Так вы решились взять меня с собой?! – взвизгнула Анюта от восторга. – А зеркальце, оно и вам не помешает. Вот станете в пути грязными, как сви… – она оборвала себя на полуслове и заменила одно слово другим, но смысл остался тем же, – …как хрюшки, и не увидите этого!
– Он мне расскажет, если что, – я показал рукой на Мартина. – А я скажу ему. И без зеркал обойдемся.
Я передвинул котомку к девушке. Анюта неторопливо развязала последний узелок. Цветастый прямоугольник ткани разлегся на столике смятыми краями, и нашим взорам предстала одна из