Хорк понял, что попался: все, что ему вспоминалось о бегстве из города и возвращении в родные края, оказалось магическим миражом.
Преследователь положил яблоко в стальной герметичный контейнер и закрыл крышку.
– Ты хорошо держался, незнакомец. – Его низкий глубокий голос действовал успокаивающе и нагонял сон. – Я уважаю тебя и твою находчивость. Но не могу оставить тебя в живых. Извини и прощай!
Он вытянул руку с баллончиком. Из крохотного отверстия вылетела мощная струя охлаждающего газа. Хорк закрыл ладонями лицо и застыл, превращаясь в ледяную глыбу.
Когда баллончик опустел, преследователь встал и легонько толкнул наемника указательным пальцем. Заледеневшая фигура упала и разлетелась осколками вперемешку с рассыпавшимися обломками золотых монет.
Преследователь постоял секунду, на миг закрыл глаза, устало вздохнул и вышел из дома.
– Опять не вышло! – прокричал колдун, в ярости ломая деревянную палочку. Магический экран, наколдованный на дистиллированной воде в большом котле, отчетливо показывал, что происходит. Но толку было мало: колдун не мог повлиять на ход событий, оставаясь только зрителем.
Когда экран показал, что Хорк, вместо того чтобы убежать, спустился с крыши на первый этаж и преспокойно уселся на старый стул, колдун потерял дар речи. От дальнейших событий его чуть не хватил кондрашка, чего он старался избегать всю сознательную жизнь.
– Что ты творишь, дуболом?! – закричал он, наблюдая, как Хорк добровольно передал молодильное яблоко преследователю.
Нет, определенно, наемники не годились для этой работы. И хотя первые шесть погибли, не добравшись до города, а седьмой сошел с ума и добровольно отдал яблоко, судьбу предшественников ему пришлось разделить в полной мере. Охранники яблоневого сада постоянно проделывали номер с заморозкой, но колдун не мог понять, какой смысл в эффектной и необычной расправе, если ее никто не видит?
Он вздохнул: похоже, дело с доставкой яблок превращается в изощренное уничтожение наемников.