Охваченный внезапным ужасом, Бэннинг закричал:

– Боже, что вы делаете?! Зачем я вам нужен?! – Он бросился к двери, пытаясь вытолкать незнакомца и закрыть ее снова. – Убирайтесь, я не хочу связываться с вами! – Бэннинг начал звать на помощь.

С явным сожалением Рольф разжал левую руку, открывая маленький яйцеобразный предмет с линзой на конце.

– Прости меня, Кайл, – сказал он, – но на объяснения нет времени.

Линза засветилась тусклым мерцающим светом. Бэннинг не ощутил боли, лишь легкий толчок и начал растворяться во мраке и покое, подобном смерти. Он даже не почувствовал, как Рольф подхватил его, удерживая от падения.

Очнулся Бэннинг в автомобиле. Он полулежал на сиденье, а рядом сидел Рольф и смотрел на него. Машина мчалась по степной дороге и все еще была ночь. Фигура водителя едва виднелась в тусклом свете приборного щитка, а снаружи была лишь безграничная тьма, которую не только не рассеивал, а наоборот, казалось, еще более сгущал свет далеких звезд.

На заднем сиденье тоже было темно, и Бэннинг лежал, не шевелясь. Он подумал, что, возможно, Рольф не заметил, как он очнулся. Бэннинг решил, что если он нападет внезапно, то сумеет справиться с этим гигантом.

Он готовился, стараясь не изменять даже ритма своего дыхания.

– Я не хотел бы снова делать это, Кайл, – сказал вдруг Рольф. – Не вынуждай меня.

Бэннинг заколебался. Со своего места ему было видно, что Рольф держит в руке какой-то предмет. Вспомнив металлическое яйцо, он решил подождать, пока появится другой шанс. Бэннинг чувствовал разочарование – с каким удовольствием он стиснул бы руки на горле Рольфа.

– Вы убили помощника шерифа, а, может быть, и других, – сказал он. – Вы не толко безумец, но и убийца.

С раздражающим терпением Рольф спросил: