— Не поминай Господа всуе, Якоб. Сам Иисус Христос принял смерть за грехи. И нам с тобой даруется такая честь. Это милость, но не наказание!

— Хороша милость, Генрих, — всхлипнул второй мужчина. — Эти твари раздерут нас на части. Они не знают жалости. А то еще и похуже что-то придумают. С них станется.

— Верно, — спокойно отозвался Генрих, — но и мы с тобой не знали к ним жалости. Мы истребляли их поганое племя везде, где могли. Мы написали трактат "Молот ведьм" и его будут читать после нас, и будут бороться с ведьмами. Это наполняет мою душу радостью. И я готов принять смерть ради этого!

Двери в комнату распахнулись, и внутрь вошел трактирщик.

— Господа монахи, святые отцы, — прокричал он, — вам нужно бежать! Моя жена продала душу свою Сатане! Она призвала сюда ведьм! И они идут за вами!

— Спасибо тебе добрый человек, за предупреждение, но нас уже никто и ничто не спасет. Такова воля Господа! — произнес брат Генрих. — А вот ты сам зря подвергаешь свою жизнь опасности. Ведьмы могут расправиться и с тобой.

— Верно, — подтвердил дрожавший от страха Якоб. — Уходи скорее добрый человек. Оставь нас нашей участи.

Но уйти трактирщик не успел. Две девочки пронзили его тело со спины длинными кухонными ножами для разделки мяса. Он захрипел, призвал Господа, и рухнул лицом вниз.

— Мир его душе! — громко произнес брат Генрих.

— Ты молишься за этого человека, монах? — хриплым голосом спросила первая девочка в белом чепце.

— Да. Он был добрый христианин и погиб пытаясь спасти своих ближних. Господь воздаст ему за эту жертву. А вот ты будешь проклята навеки. Ибо свершила по указу ведьм мерзкое убийство своего родного отца.

— Сейчас ты ответишь за все монах. Сюда идут наши сестры, — произнесла вторая девочка, отбросив окровавленный нож. — Прислушайся, уже стучат их кованные сапоги и гремит оружие. Наша мать встречает их у входа.