Как и все звездолетчики, капитан Сингх был сторонником движения «Лысина прекрасна» хотя бы потому, что парик создавал неудобства в отсутствие силы тяжести. Социологи и историки все еще не могли осмыслить факт того, что лишь одно изобретение - портативный «Мыслитель» - смогло за десять лет сделать лысину нормальным явлением. Даже моментальное окрашивание кожи и лазерная коррекция хрусталика, упразднившая очки, не внесли такого вклада в стиль и моду.

- Капитан, - сказал Давид. - Я знаю, что вы там. Или вы хотите, чтобы я взял управление на себя?

Это была старая шутка, возникшая на основе фантастических книг и фильмов о безумных компьютерах начала электронной эпохи. Давид обладал удивительным чувством юмора: ведь, в конце концов, согласно знаменитой Сотой поправке он был Узаконенной Личностью (Нечеловеком), наделенной почти всеми качествами своих создателей, а кое в чем даже превосходящей их. Но некоторые чувственные и эмоциональные сферы были ему совершенно чужды. Инженеры не сочли нужным снабдить компьютер обонянием или осязанием, хотя это не составило бы труда. И все его попытки рассказывать непристойные анекдоты оказались настолько неудачны, что он оставил эту тему.

- Все в порядке, Давид, - ответил капитан. - Я еще командую. - Он снял маску и неохотно повернулся к смотровому экрану. Прямо перед ним в космическом пространстве висела Кали.

Она выглядела довольно безобидной: просто небольшой астероид, по форме настолько сильно напоминавший земляной орех, что сходство это было почти комичным. Несколько больших кратеров и сотни крошечных вмятин, следы столкновений, беспорядочно усеивали ее угольно-черную поверхность. По виду ее нельзя было судить о размерах, но Сингх знал их наизусть: наибольшая длина 1295 м, ширина в самой узкой части 456 м. Кали без труда поместилась бы в любом городском парке.

Неудивительно, что даже сейчас большая часть человечества не верила, что этот скромный астероид должен стать орудием судьбы. Или, как называли ее хрисламистские фундаменталисты, «Молотом Господним».