потребляющие много электроэнергии. Включив холодильник на

максимум и оставив его дверцу открытой, вы сможете

охладить большую квартиру — что весьма забавно.

Вечером Дня Кутежа Потребления мы соберемся в

Центральном парке, чтобы повыть на Луну.

ВКЛЮЧАЙТЕ ВСЕ! ШТЕПСЕЛИ — В РОЗЕТКИ!

ВЫРУБАЙТЕ ЭЛЕКТРОСЕТЬ!

Больницы и подобные им учреждения предупреждены, что

им следует принять соответствующие меры предосторожности.

В ясный день видно далеко. Отсюда, с верхнего этажа административного здания ядерного комплекса «Сан-Иоаквин», главному инженеру Барри Прайсу было отлично видно огромное, похожее на ромбовидное блюдце, пространство, которое когда-нибудь станет морем, а пока являлось калифорнийским сельскохозяйственным центром. Долина Сан-Иоаквин протянулась отсюда на двести миль к северу и на пятьдесят — к югу. На низком холме, на двадцать футов поднимавшемся над совершенно плоской долиной, возвышался незаконченный ядерный комплекс. Этот холм был самой высокой точкой во всей видимой отсюда местности.

Даже в эти утренние часы была заметна суматоха деловой активности. Строительные бригады работали в три смены, они работали по ночам, по субботам и воскресеньям и, будь на то воля Барри Прайса, они работали бы на Рождество и на Новый год. Совсем недавно закончен реактор N1 и сделан неплохой зачин для N2. Начато рытье котлованов для номеров 3 и 4… Но все идет не так, как надо. Номер 2 закончен, но законники запустить его не разрешают.

Его письменный стол завален бумагами. Волосы Прайса всегда очень короткие, узкие усы щеголевато подстрижены. Одет он почти всегда в то, что его бывшая жена называла инженерной униформой: брюки — цвета хаки, рубаха с эполетами — цвета хаки, туристская куртка, тоже с эполетами, — опять же цвета хаки; на поясе болтается микрокалькулятор (когда волосы Прайса были еще сплошь темными, это выполнялось не всегда), в нагрудных кармашках — карандаши.