- У себя?

Лотти, полная девушка неопределенного возраста, на миг оторвалась от бумаг на столе и одарила меня мимолетной улыбкой.

- Да.

Я подошел к двери и постучал.

- Кто? - раздался голос мэра.

- Годфри Джастин Холмс, - ответил я, входя в кабинет. - Ищу компанию на чашечку кофе.

Она повернулась на вращающемся кресле. Ее короткие светлые волосы всколыхнулись, как золотой песок от внезапного порыва ветра.

Она улыбнулась и сказала:

- Я занята.

"Маленькие ушки, зеленые глаза, чудесный подбородок - я люблю тебя", из неуклюжего стишка, посланного мною к Валентинову дню два месяца назад.

- Ну уж ладно, сейчас приготовлю.

Я взял из открытой пачки на столе сигарету и заметил:

- Похоже, собирается дождь.

- Ага, - отозвалась она.

- Нет, серьезно. У Стефана, по-моему, бродит настоящий ураган. Скоро узнаю точно.

- Да, старичок, - сказала она, подавая мне кофе. - Вы, ветераны, со всеми вашими болями и ломотами порой чувствуете погоду лучше, чем Бюро прогнозов, это установленный факт. Я не спорю.

Она улыбнулась, нахмурилась, затем снова улыбнулась.

Неуловимые, мгновенные смены выражения ее живого лица... Никак не скажешь, что ей скоро сорок. Но я точно знал, о чем она думала. Она всегда подшучивает над моим возрастом, когда ее беспокоят такие же мысли.

Понимаете, на самом деле мне тридцать пять, то есть я даже немного младше ее, но она еще ребенком слушала рассказы своего дедушки обо мне. Я два года был мэром Бетти после смерти Уитта, ее первого мэра.

Я родился на Земле пятьсот девяносто семь лет назад. Около пятисот шестидесяти двух из них провел во сне, в долгих странствиях меж звезд. На моем счету таких путешествий, пожалуй, больше, чем у других; следовательно, я анахронизм. Часто людям, особенно женщинам средних лет, кажется, будто мне каким-то образом удалось обмануть время...