Предположений никто не строил. Повод для собрания мог быть любым: от наиболее нежелательного, заключающегося в ремонте класса, до приятного, связанного с подготовкой к торжественной линейке. А между этими двумя полюсами лежало так много параллелей, что думать, на какой находилась истина, было делом бесперспективным.

Ясно одно — речь пойдет о чем-то таком, на что требуется время, поэтому их приглашали заранее.

— Я догадываюсь, зачем нас собирают, — сказала Татьяна Коржик с хитринкой в глазах. — Но не скажу, а вы помучайтесь, — и она слегка тряхнула густыми пепельными волосами, спускавшимися ниже пояса и лежащими на спине крупными волнами.

Девочка гордилась своей прической. Раньше мама всегда подстригала ее под мальчика. А этим летом, наконец, сказала:

— Ты повзрослела, пора заводить девчоночью прическу. Давай отрастим волосы. Это тебе будет к лицу.

Еще бы Татьяна не согласилась! Она только виду не подала, как ей приятно это слышать, а сама давно мечтала не о банальных косичках, конечно, а например, о тугом калачике на макушке или — еще лучше! — о свободно спадающих волосах. Вот Алексей удивится, увидев ее преобразившейся!

Алексей Криница — настоящий красавец. Все девушки их класса — даже всей школы — влюблены в него. Умора да и только наблюдать, как они, обгоняя друг дружку, пишут ему писульки и наводят себе макияж. Младшие вяжут на волосах бантики, цепляют в косы крашенные перья или делают множество «конских хвостиков», торчащих в разные стороны; а старшие укорачивают юбочки, обтягиваются тесными, короткими блузками, демонстрируя оголенные пупки, бегают на высоких каблуках. «Вот глупые! — думала о них Татьяна. — Не видят, что он, прежде всего, умница. Поэтому прически прическами, а, чтобы завлечь его, надо иметь больше мозгов в голове».