Он широко улыбнулся, показывая мне полный набор ровных зубов. Я понял, что до сути им не добраться.

– И все же вы ведете следствие. С какой целью?

– Пятьдесят тысяч – сумма не маленькая. Смерть Линды для всех загадка. Мы должны быть уверены, что смерть нашей клиентки наступила без помощи Лоты.

– Стоп! Вот мы и дошли до главного. Значит, есть подозрение, что наследница замешана…

– Я этого не говорил, Ной. Не лови меня на слове. Мы обязаны проверять подобные случаи.

– Ну, а если замешана?

– Денег ей не видать. Если получатель страховой премии в корыстных целях, то есть в целях получения денег, наносит вред здоровью нашего клиента и мы доказываем это, то полис теряет свою юридическую силу, взносы арестовываются, а результаты расследования передаются в суд. Причем с бывшего наследника взимается плата за проведенную нами работу.

– Ты хочешь сказать, что бедняга, которого вы упрячете за решетку, должен вам за это заплатить?

– Сам виноват!

– Какой вред имеется в виду? Убийство?

– Убийство, медленное отравление, привлечение третьего лица.

– Наемного убийцу?

– Именно.

– У вас все продумано.

– Мы имеем дело с большими деньгами.

Я выпил предложенное виски.

– Вы можете не успеть закончить расследование до того, как вам предъявят иск к оплате.

– Не исключено. Мы обязаны в течение двух недель выплатить деньги, но это не означает, что следствие прекращено.

– А если иск не предъявят?

– Мы обязаны известить получателя по истечении месяца со дня смерти нашего клиента, но не позже.

– Все, что ты мне рассказал, Барри, невероятно интересно. Желаю вам удачи.

Мы простились, долго пожимая друг другу руки. Я ушел из «Феблесити» в приподнятом настроении. Из моих бесед с Тимом и Барри, я сделал любопытный вывод – Лота не такая простушка, какой казалась, Не знаю, кто убил ее мужа, она сама или наемник, но Линду ей удалось убрать, не стукнув пальцем о палец.