- Ведь ничего не случится, если я чуть приоткрою занавеску? - спросил он у Кэнске. - Вряд ли в маленькую щелку так уж сильно надует...

- Не стоит так волноваться, молодой господин, - усмехнулся кэрай. Здоровью вашего сокровища ровно ничего не угрожает.

Минамото Юкинари заглянул в носилки.

Там, закутанная по уши в тяжелые многослойные одежды, сидела девушка лет четырнадцати. Подол верхнего платья она накинула на голову и видны были только губы и самый кончик носа.

- Как ты там, Норико? - грубовато спросил юноша. - Не замерзла?

- Не стоит молодому господину обо мне беспокоиться, - выглядывая из-под края платья,ответила девочка. - Я же выросла на побережье и не боюсь холодного ветра!

- А как себя чувствует госпожа кошка?

- Госпожа кошка пригрелась и спит. Я держу ее под складками рукавов... показать молодому господину?

- Не надо, Норико, не смей! Если госпожу кошку прохватит холодным ветром и она заболеет, мне лучше домой не возвращаться, да и тебе достанется.

- Я знаю, - сказала девушка. И покрепче прижала к себе зверька.

Минамото Юкинари опустил край занавески.

- Как медленно мы движемся, - пожаловался он. - Если бы не носилки, мы два дня назад были бы в Хэйане! Мы уже пропустили праздник изгнания злых духов, пропустим Поклонение четырем сторонам, и будет чудом, если мы успеем к первому дню Крысы!

- С носилками или без них, но снегопад все равно задержал бы нас, возразил кэрай. - Даже не представляю, как в такую погоду люди выйдут в день Крысы на луга собирать семь первых весенних трав... Однако вот и монастырские ворота!

- Я не вижу.

- Зато я вижу! Эй, там, впереди! Стойте! Пропустите вперед молодого господина!

Минамото Юкинари с трудом объехал носилки и оказался во главе своего маленького отряда. Кэрай Кэнске последовал за ним и ударил кулаком в ворота.

- Открывайте! - зычно завопил он.

- Кто это пожаловал в такое неподходящее время? - ворчливо осведомился привратник. - Вот уж воистину неподходящая погода для паломничества!