Эти споры велись в Десяти Городах десятилетиями, и Реджис хорошо знал, что никакие предписания не удержат рыбаков на отведенных участках на бескрайней глади озера. Когда рыбаки нападали на косяк рыбы, ее преследовали, напрочь забывая о всяческих правилах. Костолобая форель, основное сырье для косторезов и, кроме того, деликатес, была залогом процветания городов и привлекала большое количество всяких грабителей и мошенников, которые были не прочь поживиться.

Законы принимались в далеком от берегов трех больших озер зале лишь затем, чтобы советникам было к чему апеллировать, когда все правила будут в который раз позабыты.

Реджис открыл глаза, когда обсуждение перешло к более насущным предметам, напрямую касавшимся хафлинга. Вообще-то разбудил его оклик Кассиуса, как коротышка осознал в следующий миг.

– Прости, что прерываю твой сон, – негромко обратился к хафлингу старейшина Десяти Городов.

– Я… м-м… я работал день и ночь, готовясь… м-м-м… к заседанию, – смущенно промямлил Реджис. – К тому же путь до Брин Шандера неблизкий.

Кассиус, улыбаясь, жестом пресек дальнейшие объяснения, пока Реджис не поставил себя в еще более неловкое положение. Хафлингу не было нужды оправдываться перед ними. Все понимали, чего стоит он сам, зато знали, какие у него друзья.

– Что ж, в таком случае ты позаботишься об этом деле? – отрывисто спросил Кемп из Таргоса, меньше всех остальных расположенный к Реджису.

– Каком деле?

Кемп опустил голову и негромко выругался.

– О разбойниках на дорогах, – помог хафлингу Кассиус. – Новую банду видели за Шенгарном к югу от Бремена. Путь, конечно, дальний, но, если бы ты и твои товарищи снова взяли на себя заботу о безопасности дорог, мы были бы очень вам признательны.

Реджис откинулся на спинку стула, сложив руки на округлом животике.