- - Ну ладно, дурачок, -- сказала женщина. - Пойдем посмотрим. Морри испытал острое разочарование. Но остался на месте. Не стоит рисковать. В этом лесу люди не так уж редки, можно и потерпеть немного. Терпеть пришлось недолго. Женщина и собака возвращались. И на сей раз псу не удалось увести хозяйку с тропы. -- Там ничего нет, Хо, мы уже смотрели! -- и строгим голосом: -- К ноге! Рядом! Кавказец послушно двинулся рядом. Только, когда до опрокинутой сосны осталось несколько шагов, пес заскулил. Женщина ласково потрепала огромную медвежью голову: - - Рядом, малыш, рядом! Так они и вошли под нависшие корни: светловолосая высокая женщина в голубой куртке и прижавшаяся к ее бедру поскуливающая овчарка. Морри качнулся и опустился вниз. Женщина даже не вскрикнула. Обрушившееся корневище ударило ее по голове и вмяло в рыхлую землю. Пес ухитрился выскользнуть. С визгом, он отпрыгнул назад, но тут же вернулся и, свирепо рыча, вгрызся в смолистое дерево. Морри не обращал на него внимания. Всем существом он рвал, впитывал, включал в себя восходящий поток. Рана на ноге зажила мгновенно. Пища! Его Пища! Морри задрожал от наслаждения и дерево заходило ходуном. Пес отпрянул, но через секунду опять впился в облепленный землей корень. Морри наполнялся Жизнью! Лучше бы, конечно, выход ее не был таким внезапным. Ей бы побурлить внутри обреченного тела, напитаться терпкой болью, страхом... Но нынче Морри не до тонкостей. Настоящий голод делает восхитительной любую Пищу. Поток иссяк. Морри успокоился и вышел из ствола. Пес увидел его и шарахнулся. Ужас и ненависть боролись в звере. Распахнув черную пасть, кавказец поджал хвост и завыл. Ужас и ненависть. Ненависть победила. Вой перешел в хриплый рык и громадный зверь бросился на Морри. Толстые лапы ударили в грудь, клыки вонзились в горло... Для Морри молниеносный прыжок пса не показался быстрым. Он позволил собаке соприкоснуться с собой, ощутить клыками добычу... И вошел в тело овчарки. Кавказец ошалел.