Тут они воздвигли Гнездо как место пребывания воинов, которые зарабатывали на жизнь наемниками, а своих женщин, по-прежнему представлявших для них опасность, поселили в нескольких деревнях отдельно. И навещали их лишь изредка, по приказу, для продолжения своего рода. Со временем такое разделение, вызванное необходимостью, оказалось подкрепленным ненавистью и презрением всех женщин и других народов, и фальконеры не искали союза, постоянного или временного, ни с одной женщиной, за исключением коротких встреч, необходимых для рождения следующего поколения бойцов.

Пока деревни женщин и Гнездо были удалены от других поселений людей, положение сохранялось неизменным. Потом некоторым женщинам удалось уйти, выбраться из гор в поисках другой, лучшей жизни. Долго ли они смогут прожить в городах Эсткарпа? Еще одно поколение? Два? «Вряд ли дольше» — подумал Тарлах. Фальконеры мужчины не согласятся на такую жизнь, когда вокруг столько возможностей.

Тарлах снова погладил свою птицу. Неужели наступит день, когда никто, ни один человек не сможет обмениваться мыслями с крылатым другом? Если так, то древний враг в конце концов отомстил им, хотя и не сам.

Тарлах встряхнулся, пытаясь избавиться от тяжелого настроения, завладевшего им. Рогатый Лорд видит, как он устал! Может, этим все и объясняется…

Мягкое приветствие Бросающего Вызов Буре вернуло его к реальности. Тарлах поднял голову и увидел, что к нему подходит человек в крылатом шлеме и вооружении фальконера. На запястье у него черный сокол с белой грудью. Это Бреннан, его первый помощник.

— Какие новости, товарищ? — спросил Тарлах, заставляя себя говорить легко, не проявляя тревожного ожидания.

— Никаких. Я вышел, чтобы насладиться утром, и увидел тебя, — проговорил Бреннан. — Что-то тревожит тебя, Тарлах?

Предводитель наемников покачал головой.