Там мы - это оно и есть (для шпионов, естественно). Корпус широкий, где шахты Гранитов - это цистерны для химии и кислорода. Реакторный отсек - это реактор и есть, только химический. Паровая турбина, не дизель - это для возможности форсажа, по вальтеровской схеме, на перекиси водорода. Ну никто не подумает, сейчас - про атом! А вот такие хитрые схемы замкнутого цикла - у всех на слуху.

   Сложно жутко, ненадежно, дорого. У нас, если помните, "шестьсот пятнадцатые" на флоте прозвали "зажигалками". Химия, которая разлагает углекислоту обратно на кислород и что-то еще - страшно пожаро- и взрывоопасная, ядовитая, агрессивная и летучая - а вот состав ее, секретный!

   -Не пройдет! - покачал головой Петрович - я еще школьный курс химии помню, учитель у нас очень хороший, был, Вячеслав Юрьевич. Нельзя углекислоту назад разложить, очень уж процесс энергоемкий. Во всех схемах, на которые вы ссылались - углекислота не разлагалась, а связывалась, и удалялась за борт. Может, им схему Вальтера подкинуть - вот немцы зашевелятся! А мы посмотрим - как они будут, свои подлодки ремонтировать и экипажи хоронить.

   -Так и у нас ведь, это случилось - усмехнулся Кириллов - в походе авария произошла, с жертвами, едва спаслись. Кстати, можно и песню вашу "спит девятый отсек, спит пока что живой", в жизнь выпустить, убрав слова несоответствующие. Тяжелая авария, после которой лодку на завод, ученые с инженерами там толпами, пытаются довести. Год пытаются, два, три.

   -А кто ее построил? - спрашиваю - НКВД в шарашке на берегу? Мы ж размером, почти как линкор! Как скроешь?

   -Михаил Петрович - замечает Кириллов - никто же не будет, цельного резюме давать: так, обрывки слухов! Которые, по определению - отрывочны и недостоверны.