Нам должны были передать опытный образец. Не успели.

Пожалуй, это единственная по-настоящему ценная информация, которая мне известна.

Последний десяток шагов. Дверь.

Огромный кабинет. И уже вечернее солнце за решетчатым окном. Мне оно показалось ослепительно ярким.

— Здравствуй! — улыбнулся СОКовец с забинтованной рукой. Тот самый. Теперь — не в штатском, а мундире полковника.

Взял меня за подбородок:

— Ну что, больше не будешь кусаться?

И ударил кулаком в живот.

Радужные блики заплясали перед глазами. Я согнулась, пытаясь восстановить дыхание.

Он повалил меня на пол и несколько раз «впечатал» тяжелым армейским ботинком.

— Перестаньте, Фатеев!

Пока я хватала ртом воздух, что-то изменилось. Кое-кто ещё появился в кабинете и оттянул полковника.

— Не позорьте свой мундир! — В голосе — металлические нотки.

Надо мной склонились, сняли «браслеты» и осторожно похлопали по щекам.

— Вам лучше?

Мне помогли встать и усадили в удобное кресло. Подниматься было больно — теперь-то этот гад точно сломал мне ребро.

Лишь приняв вертикальное положение, я оклемалась достаточно, чтобы разглядеть «спасителя».

Он в хорошо пошитом сером костюме. Немолод. Лет сорок пять. Но фигура стройная, почти атлетическая. Дубленая, загорелая кожа, короткий ежик черных как смоль волос. Лицо — скорее привлекательное. Взгляд — внимательный, цепкий. Взгляд, в котором чувствуется многолетний опыт.

— Прошу прощения за моего коллегу. Иногда он бывает грубым.

Фатеев отвернулся, отошел в дальний конец кабинета, извлек пачку «Мальборо». Брюнет хотя и не смотрел в его сторону, среагировал мгновенно: