В течение следующей недели из «Гильдии» последовало несколько звонков. Звонили сотрудницы отдела кадров, сказали, что про нее помнят и обязательно вызовут для оформления документов, когда выйдет с больничного начальник отдела. Постепенно звонки сошли на нет. Тогда Настя, потеряв терпение, сама нашла по справочнику телефон «Гильдии» и связалась с отделом кадров. Ей с удивлением ответили, что в первый раз слышат об Анастасии Александровне Грушиной, кандидате на должность главного бухгалтера. И вообще — ни один из бухгалтеров, работающих в концерне, уходить пока не собирается. А президент их компании — женщина, и зовут ее, естественно, вовсе не Арнольд Борисович Краснянский…

Я выслушала горестный рассказ Насти и ахнула:

— Ведь ты же грамотная женщина, бухгалтер, у тебя есть высшее образование! Неужели ты не знала, каким образом открывают счет в банке для выплаты зарплаты?

Настя покраснела.

— Конечно, я знала, что для этого мне надо как минимум написать заявление и оставить паспортные данные. Но понимаешь, Краснянский говорил так уверенно, мне казалось, что у него действительно огромные связи и все схвачено. И потом, я боялась выглядеть подозрительной. Ведь директор мог решить: «Зачем брать эту скандалистку, качающую права, если на место претендует еще десяток безропотных кандидатов?» Мне очень была нужна работа…

— Значит, ты лишилась всех денег? — сочувственно уточнила я.

Настя кивнула.

— А в милицию обращалась?

— Конечно! В тот же день, когда узнала, что меня обманули. Но там сидят, доложу тебе, такие хмыри… Я поняла, что они никого не будут искать. Следователь Хренов намекнул мне…